Зависимость у Вертинского развивалась стремительными темпами, так как в двадцатом веке существовал особый нюхательный порошок, вызывающий привыкание. Сперва к нему пристрастился Александр, а потом и его сестра Надежда - тоже актриса.
Этот чудо-порошок, являвшийся на деле кокаином, продавался тогда в аптеках в граммовых баночках без рецепта. Лишь спустя время он стал подлежать строгой рецептуре, и когда это случилось, людям с развившейся тяжелой зависимостью приходилось доставать его "с рук" в виде нечистого, перемешанного с зубным, порошка да еще и дорогого.
Какой эффект давало это "лекарство"?
Вертинский доверял свои впечатления дневнику:
"Уже после первого вдоха человек ощущал необычайный подъем энергии, бодрость, дерзость. Речь была остроумной, яркой, множество идей вертелось в голове. Создавалось такое впечатление, словно открылась дверь в дивный мир, полный прекрасных чувств."
"Длилось это состояние четверь часа всего, а когда проходило, возникало стремление сделать еще один вдох. Я стремился записать все гениальные идеи, приходившие мне на ум в момент действия "лекарства", я ощущал себя столь талантливым, столь одаренным.
Потом наутро, открывая свои записи и углубляясь в них, я начинал думать, что выразил на бумаге идеи неверно, а потому вновь и вновь обращался к помощи порошка."
"На деле, разумеется, никаким гением я не был. И обаятельным тоже - со стороны все выглядело так: я, как обезумевший, несу чепуху, а нормальные люди от меня шарахались."
"Шаг за шагом этот яд, а никакое не лекарство, превращало меня в идиота с манией преследования, боязни высоты и пространства..."
"Кокаин стал проклятием нашей молодости... Актеры, актрисы, поэты спускали на него все деньги. Женщины носили их в пудреницах, а мужчины - в жилетных карманах."
"По-настоящему испугался я только тогда, когда, выглянув из своего окна, обнаружил под скатом крыши дюжины пузырков из-под "лекарства". Я понял, что на протяжении целого года нещадно себя травил..."
Однако от зависимости его спасло не осознанное лечение, а начало Первой мировой войны. Александр попал на фронт в качестве санитара. Он имел честь присутствовать на операциях, проводимых известнейшим русским хирургом по фамилии Холин.
Александр тщательно заботился о раненых. Не только перевязывал их, но даже читал им книги и письма. Работа спасла его, увлекла настолько, что он напрочь позабыл о кокаине.
Он справился с тяжелой зависимостью, а его сестра Надежда нет: по неподтвержденным слухам она заперлась в гостинице и приняла несколько граммов порошка, отчего скончалась. Вертинский пытался найти сперва гостиницу, в которой она совершила самоубийство, а после ее могилу. Обнаружить ни того, ни другого ему не удалось.
