Тем не менее, виктимология, которая изучает поведение жертв преступлений, отчасти это опровергает, так как преступник часто предлагает сыграть привычную роль, за которой человек с обычным мышлением может утратить все шансы выйти с победным концом и часто такие истории мошенничества заканчиваются утратой сбережений.
Да, у жертвы должно быть ряд «особенностей», например, слабая воля, готовность перекладывать ответственность на другого человека и многое другое. Однако в коллективном общении эти черты практически незаметны, жертва как бы сливается с преступником. При этом слабовнушаемые и сильновнушаемые отличаются только активностью, которая ответственна за критическое мышление и целеполагание.
Жертва мошенника — человек, утратившие собственные ценности. Фактически, это способность починиться мнению другого. А если жертв много и они могут подчиняться одному мошеннику, то получается что-то вроде коллективного разума, где один управляет действиями общества. И феномен коллективного внушения действительно существует.
При этом в состояние жертвы можно привести практически любого человека, а состояние утраты самосознания никак не проявится, потому что оно не является помологией. Есть даже такое понятие «психическая эпидемия», когда огромная масса общества утрачивает самосознание и отдает свои действия на усмотрения лидера. Кстати, у насекомых это вполне обычное явление, они так существуют в принципе.
Есть такой пример: в 1896 году в Ковале старовер замуровал заживо 25 человек, включая собственную жену и двух малолетних детей, осознанно обрекая их на страшные муки. При этом жертвы пошли добровольно на смерть и наглядно продемонстрировали высшую степень подчинения чужой воли. Получается, что мозг человека способен создать коллективный разум, при котором общество станет зависимым от единственного мнения.
