Сегодня мало кто знает, что у крылатого афоризма "У каждой аварии есть имя, фамилия и должность", есть конкретный автор. Это Лазарь Моисеевич Каганович - советский государственный деятель, сподвижник Сталина, затем Хрущева, человек, строивший СССР и почивший вместе с его развалом.
Каганович был из тех редких людей, кто внушал доверие даже Сталину. Именно ему глава компартии доверял править страной, когда уезжал в отпуск на Черное море.
В 1935 году Сталин назначает Кагановича на должность наркома путей сообщения. В то время на железнодорожном транспорте царила халатность, количество аварий зашкаливало.
Каганович принялся за наведение порядка: была введена жёсткая централизация, строгое соблюдение инструкций, приказов, более эффективными методами организации труда повышалась как трудовая, так и техническая дисциплина. Именно тогда появилась крылатая фраза: "У каждой аварии есть имя, фамилия и должность". В итоге аварийность и крушения снизились с 61 тысячи случаев до 3-4 тысяч.
После смерти Сталина Каганович поддержал инициативу Хрущёва и Маленкова, чтобы арестовать и устранить Берию. Он также активно выступал за пересмотр дела врачей и прекращение антисемитской кампании в стране.
Благодаря Кагановичу, который занимался разработкой нового пенсионного законодательства, пенсию стали получать все слои населения.
Интересный факт: 25 ноября 1955 года Президиум ЦК КПСС принял решение о присвоении московскому метрополитену имени В. И. Ленина вместо Л. М. Кагановича "по предложению товарища Л. М. Кагановича".
Однако не все так гладко было на политическом небосклоне. В середине 50-х годов Каганович был объявлен членом "антипартийной группы Маленков, Кагановича, Молотова" и снят со всех постов. В декабре 1961 года его исключили из партии и никогда позже не восстановили.
Вместе с тем, Лазарь Каганович имел ранг персонального пенсионера союзного значения. Соответствующие статусу привилегии прилагались.
Искренний строитель социалистического общества умер в возрасте 97 лет 25 июля 1991 года. До распада страны, которой он руководил вместе с немногими с самого начала ее существования, оставалось всего несколько месяцев...
Согласно воспоминаниям Эдварда Радзинского, пересказывающего одного из дальних родственников Кагановича, за минуту до смерти тот увидел по телевизору новостной сюжет с Горбачёвым и Ельциным. Его реакцией на сюжет стали последние предсмертные слова: "Это катастрофа".