Кстати, Китай по своему объясняет и рост стоимости газа в Европе: китайская причина состоит в том, что КНР активно скупает СПГ по всему миру, отсюда и рост цен. Напрашивается вполне логичный вопрос — что вынуждает Китай скупать СПГ и вести агрессивное капиталовложение в разные регионы, то есть фактически выводить деньги за границу.
А все дело в том, что около 20% китайских провинций довольно давно находится на «голодном энергетическом пайке». При этом с перебоями сталкивается не только простое китайское население, но и промышленность, социальная сфера, жилой сектор. И, с одной стороны, Китай умеет хорошо управлять административными базовыми направлениями экономики, значит, это делается не просто так. С другой — в этом должна быть причина.
И здесь мы подходим к самому интересному: в энергетическом балансе КНР значительную долю занимает уголь, на который приходится почти половина глобальной энергетической генерации. При этом даже сам Китай добавьте порядка 50% угля в соотношении со всем миром, что составляет около четырех миллиардов тонн. Этих объемов ему хватало до недавнего времени, пока не были наложены ограничения поставок угля из Австралии до 70 миллионов тонн в год.
Фактически это и спровоцировало энергетический кризис в Китае. При этом сегодня в максимальной степени страдают северные регионы, которые граничат с Россией, так как до них уголь попросту не доходит. Стоит также заметить, что на проблему нужно смотреть глубже, чем описано.
Если с точки зрения внутреннего управления Китай является монополистом у себя, то есть иностранные компании практически ничем не заправляют, то с внешней точки зрения достаточно еще чуть-чуть подкрутить гайки с поставками угля и северные районы вовсе погрузиться в хаос. Сегодня уже 20 глав 34 провинций Китая были ограничены в закупках угля по якобы причине борьбы за зеленую энергетику, которую провозгласил сам Си, но на деле это далеко не так. Самый пик угольной генерации предсказывают в 2025 году и только после этого должно произойти реальное снижение использования угля.